Dans le vieux parc solitaire et glacé
Deux formes ont tout à l’heure passé.

Leurs yeux sont morts et leurs lèvres sont molles,
Et l’on entend à peine leurs paroles.

Dans le vieux parc solitaire et glacé
Deux spectres ont évoqué le passé.

— Te souvient-il de notre extase ancienne?
— Pourquoi voulez-vous donc qu’il m’en souvienne?

— Ton coeur bat-il toujours à mon seul nom?
Toujours vois tu mon âme en rêve? — Non.

— Ah! les beaux jours de bonheur indicible
Oú nous joignions nos bouches! — C’est possible.

— Qu’il était bleu, le ciel, et grand l’espoir!
— L’espoir a fui, vaincu, vers le ciel noir.

Tels ils marchaient dans les avoines folles,
Et la nuit seule entendit leurs paroles.

Paul VERLAINE (1844-1896)

Забвенный мрак аллей обледенелых
Сейчас прорезали две тени белых.

Из мёртвых губ, подъяв недвижный взор,
Они вели беззвучный разговор;

И в тишине аллей обледенелых
Взывали к прошлому две тени белых:

— Ты помнишь, тень, наш молодой экстаз?
— Вам кажется, что он согрел бы нас?

— Не правда ли, что ты и там всё та же,
Что снится, тень моя, тебе? — Миражи.

— Нет, первого нам не дано забыть
Лобзанья жар… Не правда ль? — Может быть.

— Тот синий блеск небес, ту веру в силы?
— Их чёрные оплаканы могилы.

Вся в инее косматилась трава,
И только ночь их слышала слова.

Поль Верлен
Перевод Иннокентия Анненского